ИСТОРИЯ ОДНОЙ ДИНАСТИИ

[DailyNews]

Название среднеазиатского государства Хорезм не вызывает у большинства людей никаких ассоциаций. Оно и понятно, историю ханства заслонили собой масштабные трагические события русской революции и Гражданской войны.

Некогда могущественная империя Хорезмшахов к началу XX века превратилась в маленькую страну, известную под названием Хивинское ханство.

В 1920 году здесь была провозглашена Хорезмская Народная Советская Республика (сейчас это территория Туркмении и Узбекистана), и последний хан Хивы, Саид Абдулла-хан, сделался рядовым гражданином Советского Союза. Его драматичная судьба могла бы лечь в основу художественного фильма, но о ней мало кто знает.

47-летний Саид Абдулла-хан (Сеид Мухаммед Рахим Бахадурхан), представитель династии Кунгратов, взошёл на трон Хорезма в 1918 году, после смерти своего брата – Асфандияр-хана.

Асфандияр был полноправным монархом, который пользовался авторитетом даже на международном уровне. В 1913 году во время официального визита в Петербург Асфандияр-хана запечатлел на цветном снимке придворный фотограф Сергей Прокудин-Горский.

В отличие от брата, Саид Абдулла-хан пришёл к власти в смутные времена и всегда оставался марионеткой в чужих руках.

Реальные решения принимал за него бывший туркменский разбойник Джунаид-хан – главарь заговорщиков, убивших Асфандияр-хана. Будучи военным визирем, он действовал в интересах собственного племени йомудов.

В ноябре 1919 года другие туркменские племена подняли бунт против диктатуры Джунаид-хана. К их выступлениям, как ни странно, присоединились немногочисленные хивинские коммунисты.

​

В советском Ташкенте дело выставили так, будто «пролетариат Хивы восстал против Джунаид-хана», и в начале 1920 года на помощь повстанцам пришла огромная Красная Армия, которая безжалостно разгромила правительственные войска Хивы.

В этих обстоятельствах в Хиве фактически повторилась драма российской Февральской революции. 2 февраля 1920 года Саид Абдулла-хан официально отрекся от престола Хорезма, передав власть революционному комитету (временному правительству).

Это решение монарх принял благодаря уговорам большевика Георгия Скалова, первого чекиста Туркестана, посланного в Хиву в качестве полномочного представителя Турккомиссии ВЦИК. Советская власть не расстреляла бывшего хана в подвале, но и не позволила ему остаться в Хиве, поскольку правителя легко могли использовать в своих целях басмачи.

Летом 1920 года суд Хорезмской республики приговорил монарха к выселению на пять лет. Решение коснулось не только экс-хана, но и ближайших членов его династии – сыновей, братьев и племянников (по разным данным, от 7 до 10 человек).

Имения, деньги и драгоценности ханской семьи были объявлены «достоянием народа», и хан и его родственники в одночасье пополнили ряды «бывших», жизнь которых в Советской России была полна страданий и унижений.

Первые два года для Саида Абдуллы-хана просто не могли найти места. Из Хивы его переправили в Ташкент, оттуда в Самару, а затем начались мытарства по подмосковным лагерям – Ордынскому, Андрайковскому и Ивановскому.

В феврале 1922 года чекисты освободили бывшего хана из-под стражи, поскольку он все не умирал, и они не знали, что с ним делать.

Хану дали добрый совет уехать с глаз долой, на Украину, в Екатеринослав (нынешний Днепр). Там, в селе Верховцево, мужчины ханской семьи занимались уходом за лошадьми при отделении милиции и делали это с большим знанием дела.

Оттуда из-за безработицы они перебрались в Кривой Рог, но на новом месте хорезмским феодалам пришлось намного тяжелее. Им сложно было усвоить русский и украинский языки, к тому же, они были привычны к роскоши и не имели трудовых навыков, а забота о лошадях, которой они зарабатывали раньше, была для них не трудом, а привычным с детства удовольствием.

Лучше всех устроился племянник хана Абдурасул – он поступил в школу милиции. Трое представителей династии Кунгратов выполняли неквалифицированные работы на криворожском руднике «Дубовая Балка» (впоследствии шахта «Большевик»).

Жили изгнанники в рабочем бараке в посёлке Гвардия.

Саид Абдулла устроился ночным сторожем, и все вокруг называли его «ханом», но это воспринималось, как обычное дворовое прозвище, поскольку о его царском происхождении никто не знал. Да и мало кто поверил бы, что в Кривом Роге осел реальный свергнутый правитель страны.

Саид Абдулла-хан очень переживал из-за того, что оставшиеся в Хорезме женщины и дети его рода бедствуют. В 1925 году он даже написал заявление в СНК Украинской ССР, испрашивая дозволения вернуться в Хиву.

Но ОГПУ СССР, занимавшееся этим вопросом, не позволило хану выехать на родину. Средняя Азия всё ещё кишела басмачами, а одним из их вожаков был давний знакомый и «заклятый друг» монарха Джунаид-хан.

В 1920, 1923 и 1927 годах он устраивал такие набеги из Персии на бывшую территорию Хорезма, что по тревоге поднимали целые воинские части.

После принудительной коллективизации Украину поразил голод, и Саид Абдулла умер от дизентерии и истощения в 1933 году, пролежав месяц в больнице горнодобывающего предприятия. Ему было 62 года.

Бывшего хана похоронили на кладбище «Гвардейское», и с годами его могила затерялась. В советской печати 1930-х годов «хивинский хан-бандит» упоминался исключительно как исторический персонаж вместе с «бухарским псом-эмиром». Особенно им досталось в поэтическом «Письме счастливого узбекского народа вождю народов великому Сталину».

Сыновья хана – Саид Абдуллаев, Рахматулла и Якуб Юсуф – смогли вернуться в Среднюю Азию, но не в родную им Хиву, а в Ташкент.

Известно, что наследник престола Хорезма Саид Абдуллаев был женат на Владе Житковской из Кривого Рога. Сначала он работал переводчиком, затем сотрудником геологоразведки в Киргизии.

Но его судьба сложилась неудачно, принц пристрастился к алкоголю, в 1941 году стал виновником смертельного ДТП, и ему пришлось пять лет провести за решёткой.

Жена оставила Саида Абдуллаева, вернувшись в 1944 году на Украину. Сам он дожил до начала 1960-х годов.

Двое братьев хана, глухой Ибадулла и престарелый Мухаммадьяр, пополнили ряды нищих, занявшись уличным попрошайничеством.

Ибадулла в 1934 году погиб под колёсами грузовика, а Мухаммадьяр умер в Ташкенте своей смертью два года спустя.

Ханские племянники Насыр и Абдурасул так и остались жить в Кривом Роге. Насыр умер в 1944 году. С Абдурасулом Мадьяровым в начале 1980-х годов встретился писатель Григорий Гусейнов, который с его слов записал историю семьи.

Гусейнова поразило услышанное. Он опубликовал очерк «Как хан в шахте работал», а впоследствии написал книгу «Ветер с востока».

Публикация Гусейнова вызвала интерес в Узбекской ССР, и в 1990 году Абдурасул смог побывать на родине предков, в Хиве.

Потомков Абдурасула из династии Кунгратов по сей день можно встретить в Украине.